Будучи ребёнком мне не терпелось попасть в мир взрослых людей, которые принимают грамотные и взвешенные решения. В какой-то момент я даже стремился к нему подготовиться.

Прошли годы, а вокруг все по-прежнему такие же заплутавшие дети. Это разочаровывает и смущает (так должно быть или я что-то делаю неправильно?). При этом углубившись в свой угол, люди перестают видеть слона в удаве. Когда-то я в этом журнале писал заметку о длинном коридоре с дверями, по которому я всё иду и иду дальше, лишь мельком заглядывая в каждую дверь. Где-то там должен быть эскалатор в конце тоннеля. Люди, вы где?

При этом жизнь награждает контекстом, с которым меняется ощущение жизни. «Ах вот что они имели в виду». Я стал по-новому воспринимать книги (и только сейчас понял, какое влияние на меня оказало всё ранее прочитанное). Совсем недавно прочитал «Анну Каренину», конечно ребёнок бы там не прочувствовал многих тем за неимением опыта. Смотрел третий сезон «Твин Пикс», на фразе про 25 прошедших лет вспомнил, как родители смотрели старые сезоны эти самые четверть века назад. Только сейчас я их начал понимать. С возрастом приходит эмпатия, чувство сопричастия к какой-то бесконечной цепи передачи мыслей и воспроизведения опыта.

За этой наградой кроется и другое разочарование: попадая на новый этап, слишком часто понимаешь, что ты тут не первый. «Ах вот почему это не объясняли». Начинает казаться, что все мы живём одну и ту же жизнь и в итоге понимаем примерно одни и те же вещи, такой вечный «День сурка». Открывшиеся смыслы предыдущего этапа приводят к пугающим мыслям о текущем, ведь мир построен другими людьми, которые тут давно. Могли и подкрутить патефон, чтобы заедало, а люди не взрослели. Молодым энтузиастам самое то заниматься перебором пространства поиска, авось что найдут. Вся надежда на тех, кто удержит слепых детей от падения в пропасть.

В детстве я испытывал воздушные шарики на прочность, с аудиозаписями экспериментов. Толку в этом не было, но процесс фиксации результатов очень нравился. Так вот и сейчас я пишу эти банальные записи. И даже в голове-то всё как в прошлый раз — планы на спорт, женщин, ударный труд. Наверное, мы никогда не взрослеем.

Количеством измерений синтетический французский приятно напоминает о русском. А то в окружении каламбурщиков иногда тоскливо. Англофоны в группе ушами хлопают, а я-то видал это всё у Толстого. Порой кажется, что если англичанину дать русский, он бы не знал, что с ним делать (вспоминаются экзерсисы Бёрджесса). Но на русском поле поработал Пушкин, и получились мы. Как афиши-шевелюры не воспринимаются как чужие слова, так и изучение французского похоже на знакомство с милыми дальними родственниками.

Испытываю собственную способность фокусироваться. Так и попадаешь в туннель. Ещё и время словно заело: встаёшь утром — темно, приезжаешь домой вечером — темно.

То есть поездка на самом деле дольше, чем кажется, а поезд просто ездит по кругу. И точно так же лишь между перегонами мелкают остановки с вечно вечерним искусственным освещением. Я даже поддался давлению коллег и добавил переключатель на ночной режим в свой Emacs.

И как поездка на поезде сразу звучит по-другому в наушниках, так и техническая работа ощущается иначе, когда вокруг лёгкий гламур. То есть как всегда весь вопрос в правильной подаче. Билетик главное вытянуть, а уж сыграть от души всегда получится.

Надо дожить до настоящего утра.

• С точки зрения практика, математика вся довольно простая (первые пара лет той же Бауманки максимум). Навскидку из нетривиальных методов вспоминается только нелинейный SVM, для полноценного осознания которого нужно всё же представлять себе бесконечномерные пространства.

• При прочих равных, хорошие данные гораздо полезнее хороших алгоритмов (которые всё равно быстро становятся известны всем). А больше данных это лучше, чем мало.

• Мелким игрокам с каждым годом всё труднее тягаться с «системообразующими» пылесосами вроде Google и Facebook или хотя бы рядовыми рекламными сетями, опутывающими десятки сайтов.

  Смешно выглядят предложения некоторых крупных компаний «демократизировать искусственный интеллект» с помощью размещённых на чужих мощностях модулей обучения, предоставляемых в обмен за деньги и данные.

• Когда стартап покупают, главный вопрос это «какие данные накопали», а не «как используете». Соответственно, в таких условиях интереснее всего офицерам разведки, которые сидят на магистральных узлах обмена трафиком.

• В «глубинном обучении» куча людей тупо перебирает разнообразные комбинации слоёв, оптимизаторов и их параметры.

  — А почему вы выбрали слои с полями 64×64 и 32×32?
  — Да вот просто на моей задаче это сработало лучше. ¯\_(ツ)_/¯

  То есть этап развития области пока скорее алхимический. Невыпуклая оптимизация это не шутки.

Настоящие трудности в работе «прикладного» специалиста по перегонке данных скорее нетехнические:

• Не уйти со своими чудо-метриками в отрыв от окружающей реальности (бизнеса), в которой оптимизационный ландшафт сложнее и включает в себя политические факторы, которые минимизацией ошибки так сразу не решишь.

  После общения с замечательной Козырьковой стало понятно, что с этой проблемой сталкиваются очень многие практики.

• В борьбе за предыдущий пункт легко натолкнуться на обычное сопротивление системы, только приправленное (смешными) страхами о восстании машин (особенно у людей, вошедших в фазу постоянного оправдания собственной нужности). То есть что-то вроде няньки для «искусственного интеллекта» с одной стороны и одновременно для людей, которым платят за работу, с другой. «Пудинг, это Алиса».

Свежий опыт очередного поиска работы заодно подтолкнул к новому витку самоосознания, пускай со временем вид в зеркале заднего вида и становится всё банальнее. В очередном стартапе меня так и спросили, а что это вы с Applied Maths вдруг работаете «программистом» (ребята были «настоящими» ракетными инженерами в прямом смысле слова). Я задумался.

2006 — МГТУ

Если не считать двух студенческих «подачек на Open Source» от Google и весьма номинальной студенческой практики, то до окончания Бауманки я так и не работал. Была возможность следовать совету «специалистов по всему» и нарабатывать какой-то технический кругозор (уже ловлю себя на мысли, что тут есть где зацепиться демагогам о привилегиях).

Так и непонятно, был ли вообще смысл в Бауманке, особенно все шесть курсов. Культура передачи знаний заметно хромала и со временем всё более напоминала курсы скоростного переписывания. Это было заметно хотя бы по совершенно мистическому отношению к рукописным конспектам. Казалось бы, опубликуй все материалы в приличном виде в интернете, пусть студенты спокойно слушают лектора. Ведь в итоге всё равно общественными усилиями на левых сайтах собирали архивы конспектов, качество страдало, люди тратили время на повторную работу.

Многие причастные осознавали весьма случайную природу происходящего, особенно курсу эдак к четвёртому. Будто машину оставили заведённой, водитель давно ушёл, а она всё тарахтит, у тепла двигателя собралась какая-то жизнь. «Но зачем?» — никто не знал. Обучать немеханической деятельности вообще сложно, скорее можно только вызвать интерес к обучению. При этом люди все были по большей части положительные, но будучи загнанными под специфические критерии оптимизации качественного влияния на всю систему оказать не могли. Видится тут какая-то трагедия жизни в государственной культуре.

На последних курсах там уже дошли до отключения Wi-Fi, чтобы «студенты не сидели в интернете на лекциях». Ну хоть поплавать в бассейн пустили. А поскольку в МГТУ я пролез полуслучайно и почти без фильтра (повезло, что на некоторые факультеты медалистов брали считай без экзамена), то меня в общем-то можно считать соучастником схемы, пускай и неинформированным :) Не будь внешнего давления (призыва), система затрещала бы громче.

С другой стороны, до Бауманки я совсем плавал в математике. Попытки осилить её серьёзно начались уже в конце школы под давлением грядущего экзаменационного фильтра и особым успехом не увенчались. После МГТУ я области бояться перестал, хотя бы просто по результатам всех затраченных усилий и количества услышанного, а фильтр внутри Бауманки был довольно мягкий. В таких условиях развилась уверенность в работе даже с простыми математическими моделями и нотацией, которая пригодилась в работе. Многие программно-инженерные «сложности» при знании математики выглядят совершенно потешно. Когда ознакомился со взрослым рынком, стало очень заметно, что «не всякий веб-программист-самоучка дойдёт до середины градиентного спуска».

После третьего курса я откровенно заскучал, задаче развлечь себя и служили все мои наколеночные упражнения с Лиспами и TeX-ами (в какой-то момент я вообще стал «паять ардуино» — просто разобраться в цикле железного производства). Быстро выработалась толерантность, пришлось переходить на более тяжёлые наркотики — уже тянуло к функциональному программированию, прибавился ещё вкус к статической системе типов, стал что-то писать на Haskell.

2012 — первая работа

Но к тому моменту моя жизнь давно уже превратилась в череду счастливых случайностей. Первую свою работу я вообще нашёл, случайно заглянув в Juick («Haskell дают»). Прихожу в прозаичный офис (поначалу это был просто подвал на Шаболовке), а там два «весёлых бауманца». Была несложная задачка на знание языка. Посмотрели моё «резюме» с детскими проектами, спросили, как посчитать количество деталей в самолёте, дали что-то на дом. Я конечно же рвался работать. Писали мы там в итоге всякую бизнес-автоматизацию и всё, что по периметру. Было весело, меня окружали люди чуть постарше, при этом делать можно было почти что угодно. Выпивали. Там я очень быстро понял смысл «бизнес-ценности».

Без удивления обнаружилось, что скучные с точки зрения бизнеса вещи на Haskell не перестают быть скучными. С другой стороны, «могло бы быть гораздо хуже», т.е. ещё и смешные детские инструменты, об которые спотыкается на ровном месте значительная часть индустрии. И конечно же кодировать инварианты интерфейсов в типах или управлять сложностью с помощью новых языков конечно очень здорово. Границы мира порасширять. Уже позже к этому добавилось наблюдение, что «задача скучная» является проблемой только для умных :) Работа над DSL для описания развесистой бизнес-логики так, чтобы было понятно и приятно всем — наверное самое интересное, что я делал по работе до сих пор. Опять же, во многом потому что на полную творческую свободу наложился личный интерес применить к реальной задаче определённую технологию. Я поначалу даже не осознавал, что бывает иначе, и как можно что-то делать без личного интереса.

2015 — поиск работы

Как и ожидалось в консалтинговой конторе с одним клиентом, дела пошли хуже, когда клиент решил подурезать расходы (на дворе был очередной кризис). В начале 2015 (не без пинка) я начал искать новую работу.

С одной стороны у меня было почти три года опыта на Haskell (плюс немного «фронтенда») и, что самое ценное, способность хоть как-то целостно мыслить о решаемых задачах. С другой стороны, работа на Haskell это иголочное ушко (попробуй попади). В Москве я просто ничего не нашёл. Был какой-то вариант около правительственных структур в Петербурге — хорошо, что не влез туда.

Обновил своё резюме и LinkedIn, накидал пару предложений «Cover letter», и пошёл рассылать письма.

Вакансии с подходящими ключевыми словами можно было пересчитать по пальцам (искал на Functional Jobs, Who’s hiring, LinkedIn). На позиции в США даже не получилось попробоваться из-за неподъёмных визовых требований — да и всё равно ждать лотереи не хотелось, а внутренний перевод преимущественно мелким конторам делать неоткуда. В пару крупных компаний завалил технические интервью.

В итоге я смог пройти процесс и получить два предложения о работе на Haskell: одно в Лондон и одно в Сингапур. (Британская Империя нам поможет!)

Позиция в Лондоне нашлась почти так же случайно, как и предыдущая. Кликнул в LinkedIn — а там «Haskell дают» (вскоре LinkedIn в РФ вообще заблокировали). В MailOnline действительно начали писать внутренний проект на Haskell, искали человека с опытом. Приехал на интервью в красивое старое здание, поговорили, опять было несколько задачек, но мне больше понравились вопросы, которые задавали. По крайней мере, люди осознавали уровень своего взаимодействия с окружающим их бизнесом. В общем, нашли друг друга.

Собеседование на вакансию в Сингапуре (Haskell + ClojureScript) тогда казалось самым приятным из всех до сих пор виденных. Ведь фильтр был настроен на «условия, максимально приближенные к боевым» — посмотрели их настоящий код, подключившись вместе через ssh + tmux, я поправил какой-то баг, потом заметил, что тесты слишком простые, подключил QuickCheck, нашёл им новый баг. Но был выбор, а просто проект, где «цели ясны, задачи определены», уже не хотелось. Человека они, похоже, искали, чтобы закрыть требование на рабочие места для иностранцев в обмен на полученное от правительства финансирование. Потом, стартап сегодня есть, а завтра его нет, да и жить пришлось бы далеко в Азии и под кондиционером.

И вот так в Лондоне я впервые попал в крупную компанию. Начал с уже привычного Haskell, в итоге пощупал «машинное обучение», принятие решений в больших компаниях, Clojure, Scala, современное управление инфраcтруктурой, переоткрыл казалось бы давно знакомый Python. Всё оказалось совсем не страшно, да и я опять рвался работать. Творческая свобода и куча данных многого стоят. Сравнительно большое количество изученного наложилось на впечатления от жизни в другой стране, которые я буду переваривать ещё очень долго.

2018 — поиск работы в Лондоне

Через ещё три года поиск иголочного ушка повторился снова. На этот раз искал только в Лондоне.

К старым хотелкам добавились новые (в основном не технические), а также усугубившаяся лень. «Функциональное программирование» это само по себе неплохой фильтр, совсем случайных людей там минимум. С другой стороны, на одних хороших инструментах далеко не уедешь, программная «инженерия» это всё равно сантехника, а вот осознанно принимать решения по-прежнему гораздо важнее. Попробуй найди будущих коллег, которые знают, что делают. У многих компаний нет интереса показывать техническим кандидатам что-то кроме стандартизованных тестов (работников бойлерной не пускают на кухню :)

В самых привлекательных местах, как мне показалось, мне не хватило убедительности (т.е. возраста и умения говорить). Например, ребята из вступления к этой записи вместо Haskell похоже решили всё-таки делать продукт на Python. Успеха избежать не удалось, люди прознали про Haskell и лепят его как ключевое слово, в надежде приукрасить собственный фильтр :)

Несколько интересных вариантов снова были недоступны из-за визовых требований (маленьким компаниям не хочется возиться с незнакомыми бумагами) — придётся потерпеть ещё пару лет. В «пару крупных компаний» (опять) не прошёл задачи на скоростное кодирование. Это до сих пор немного бьёт по самолюбию. К счастью, я уже почти перестал стремиться к доплате за вредность, а некомфортный фильтр явно указывает ещё и на банальное отсутствие культурного соответствия — приятие нового места работы должно начинаться с вопросов на собеседовании.

А новую работу я всё же нашёл, просто фильтр был репутационный (анонимные аналитики и тут оказались правы :) «Хорошему человеку везде рады.»

Что делать

Многие пишут, что раз не можешь/не хочешь проходить фильтры — не проходи. Предпринимай сам. Уже некоторое время это выглядит очень привлекательной затеей: сочетание ответственности обеспечивает внешнее давление для движения только вперёд, не поёрзаешь, не спишешь проблемы на «сопротивление системы» (это, конечно, самообман — окружающая система всегда есть). Раз уж прыгнул на сцену — пляши :)

Общее ощущение от происходящего — броуновское движение (или «Ёжик в тумане»?). Хочется думать, что в правильном направлении.

«Профессиональная» деятельность подкрепляется внешним мотиватором (деньгами), а не внутренними. Легко начать оправдываться перед самим собой:

• «мне платят за X, поэтому X это лучшее, чем я могу заниматься»;

• «мне платят за X, поэтому X полезно»;

• с возрастом у людей начинает угасать энтузиазм, многие бессознательно переходят к (весьма локальной относительно окружения) оптимизации личной стабильности.

• теряется способность «уменьшить масштаб карты» и осмотреться: где я, что я.

Судить других за это никак нельзя, но не слишком ли это всё тоскливо?

Недавно пробовал закинуть свои фотографии на Shutterstock на продажу. Ну и что? Присутствие денег в уравнении сразу приводит к набору раздражающих ограничений на содержимое фото (это нельзя, то нельзя). А ещё начинаешь думать «что будет лучше продаваться». Нет уж, лучше оставаться любителем, чтобы не портить удовольствие от хобби.

При этом легко вспомнить, что самое приятное, что когда-либо делал — хотелось сделать просто так, от души или из личного интереса (сильная штука).

В конфликте между любительством и профессионализмом и существует значительный пласт современной массовой культуры.

Тут нетрудно заметить, что идеальный вариант — это личное богатство и доступ к информации, которые дают возможность заниматься, чем хочется, а не тем, куда занесёт невидимая рука рынка. Ну или всеобщий базовый доход :)

Meanwhile, a cheap ARM-based computer such as Orange Pi Zero makes a good Syncthing node. This is the setup which works great for me:

1. An Orange Pi Zero with network access (roughly $10). I simply use Wi-Fi. It’s rather bad on this particular board with Armbian 5.30 (Ubuntu Xenial-based, 3.4.x kernel, June 2017), wired Ethernet works much better. Quite enough for my Syncthing needs though.

2. For the actual storage, I used a 2.5-inch laptop HDD with a USB enclosure (roughly $18 for both). I simply had a few 140GB spares lying around (which inspired this project in the first place). Picking a bigger SD card for the Pi is another option of course, but they’re still pricier than HDDs at this point and probably wear out quicker. Good thing about USB connection is that you can grab the disk and go plug it elsewhere even without Syncthing. When using only an SD card you could grab the whole Pi box though :)

3. Orange Pi will struggle to pump enough power to the HDD. I used a $2 USB splitter Y-cable which injects extra power (two males which connect to USB power and the Orange Pi plus a single female port which takes the HDD USB plug).

4. USB power brick with at least two ports (I accumulated a few over years, otherwise it’s maybe another $5) capable of doing 2A each.

Syncthing is easily installed on Orange Pi with Armbian via apt which I automated with Ansible. Folder synchronisation needs to be set up via Syncthing UI.

The whole thing fits anywhere in your furniture. It’s probably better to invest in multiple nodes rather than a single box. In my flat resiliency means one node is under the bed and another is on top the wardrobe. You can simply buy more houses to achieve truly global resiliency for your file storage network.

Total budget: 35$ plus several hours of tinkering. Satisfaction: maximum.

— He’s like Tom Cruise!

Я сперва довольно ухмыльнулся («вот, не зря настоящие Wayfarers купил»), но потом осознал следующий смысл шутки: у Тома Круза в 80-х тоже ещё были кривые зубы.

Бельгия

Под самый конец 2016 я поехал поездом в Гент и Брюж на европейское Рождество. Города милые, но уж очень маленькие, «мелководье» (во всех смыслах).

Рождество праздник семейный, интимный, «собраться вместе на огонёк среди холодной тьмы», одному на него немного тоскливо. Благодаря вездесущему «Щелкунчику» можно подбодриться мыслью о Чайковском (или глинтвейном? :) В Генте ассоциативный ряд даже решили продлить и на крыше местного потешного замка разместили что-то по мотивам «Лебединого озера» (которое к Рождеству никаким боком).

Брюж, из которого в своё время сделали один из первых европейских турдиснейлендов, именно такое впечатление и оставляет. Выехал оттуда на день во Францию в приграничный город-герой Лилль — ура, цивилизация!

Рим

В Риме дух захватывает от густоты культурного слоя (и еда очень вкусная). Общее впечатление от архитектурных артефактов римской эпохи такое: муравьи бегают по обломкам космического корабля. Тут и там даже муравейнички выросли :) Поглядел на все эти древнеримские развалины, как-то даже тоскливо стало по поводу собственных занятий и современности вообще.

Ездил также на виллы в Тиволи и на север в Болонью. Смотреть-не пересмотреть, страна-корень. При этом все как-то на расслабоне (по сравнению с Лондоном-то :) Визит выдался на Пасху, в Риме было тихо и спокойно, везде играли органы, а сквозь крышу Пантеона падали капли солнечного дождя.

Лион

Во Франции вообще лучше всего. Хотя бы потому что там первоклассная культура, в окружении которой действительно чувствуешь себя одновременно в Европе и далеко от вездесущей гегемонии англосферы. Из крупных видел четыре города — Париж, Лион, Страсбург и Лилль, и надеюсь посетить ещё множество разных мест. Хорошо и приятно там везде и всегда.

В Лионе интересно, есть что поразглядывать и попробовать. Даже трамваи выглядят инопланетно. Есть несколько музеев, интересных для рассмотрения современной массовой культуры (почти полностью французами и придуманной). Мужичок из Le Musée впечатлился тем, что я заказал андуйет :)

Рядом есть очередной диснейленд Перуж — виды красивые, но «декорациям не хватает массовки».

Жара в центре римской Галлии была такая, что в последний день я поехал в Анси, там погулял по горам у одной из окрестных деревень и поплавал в самом озере. Тут я заметил, что озеро у Альп это одно из самых приятных для внегородского отдыха сочетаний. Народу было мало и вообще кайфово.

Прага

Прага — просто как коробка шоколадных конфет.

Всё очень дёшево, поэтому туристов невероятные толпы (тут я впервые задумался о неявных имущественных цензах :) Но вообще очень заметна разница между невероятно нарядной архитектурой и «первым этажом». Тут и там встречаются кучки англичан на выезде за дешёвыми проститутками и наркотиками, что даже немного разрушало погружение «в поездку». Люди все простые, тихо и с подхихиком жившие за пазухой империй без всяких радикальных экспериментов. «Коммунисты отняли особняк, пришлось 50 лет отсиживаться в Лондоне.» Метроном пока замер.

Бавария

Тема озёр у Альп была раскрыта дальше в поездке в Баварию. Мюнхен показался очень расслабленным городом. Обошёл все пивные сады, поигрался в Deutsches Museum, съездил искупаться и погулять по горам к Нойшванштайну и в Гармиш.

Везде отличные тропы, подъёмники, коровы на лугах колокольчиками гремят. В Баварии очень душевно, при этом на природе чувствуется что-то такое неуловимо родное (наверное, из-за хвойной растительности), только ещё Альпы фоном. На бытовом уровне UK и романские страны для туриста из РФ — совершенно другой мир, а в Германии как-то всё попроще, плотность пространства ниже. Даже люди на улицах выглядят будто по-соседски.

Протесты на континенте выглядят резвее, чем в Лондоне. Возможно, это потому что я не понимаю язык, а орущие немцы выглядят серьёзно. В Мюнхене вечером я легко попал в гущу событий прямо на центральной площади: внутри хлипкого загончика собралась кучка «патриотичных европейцев» из Pegida (а по-русски «ПЕПИЗ» — что-то в этом есть), а вокруг них сбежалась толпа (раз в десять больше) с плакатиками Refugees welcome (с плясками под давно забытого Таркана).

Испания

В Испании в этот раз я был в четырёх городах. Мадрид довольно суетливый и шумный, напоминающий ревущие улицы в центре Москвы (даже пара высоток похожи на «сталинские» — впечатлялись тем же). Административно-парадный город.

Зато посмотрел корриду. Само действо довольно шаблонно, но любопытны публика и вполне взрослое отношение к корриде, как к современному спорту. Опять же, доживший до нас кусочек римского досуга. В какой-то момент понимаешь, что все болеют за быка :)

На контрасте с корридой и толпами зато впечатляюще выглядят коллекции Прадо и Тиссена—Борнемисы.

В Толедо пыльно и уж очень средневеково (некоторые улицы настолько тесные, что есть эхо). Положение спас фестиваль хамона на центральной площади. Прямо там же во флагах единой Испании толпа протестовала против «референдума о независимости Каталонии» (соответственно, всему действу напрашивался лозунг «а кто не с нами, тому хамона не дадим»).

Сеговия — очень приятный городок с отличными видами с окрестных холмов. Там я угостился местным вкуснейшим печёным поросёнком (которого делят на порции торцом тарелки, а тарелку потом разбивают об пол).

В предпоследний день поехал в Севилью — за счёт перекинутых через улицы полотен для тени в жару город выглядит, как летний сон. По центру и по замку интересно побродить.

Вечером в Севилье у меня глюкнул телефон (какое-то барахло, которое я быстро купил прямо перед поездкой), и я пропустил последний поезд в Мадрид. Чудом нашёл попутку через BlaBlaCar, какой-то мужик ехал ночью через всю страну. Приезжает легковушка с надписью «госпиталь — срочно» под лобовым стеклом. Первая мысль — везут органы для срочной пересадки. Вторая мысль — на органы пустят меня где-нибудь на тёмной обочине. Но на пассажирском сиденье была симпатичная девушка (дочь водителя), которая даже немного говорила по-английски, я сразу успокоился. Хотя заснуть не смог и ехал всю ночь сидя :) К шести утра довезли в Мадрид. А телефон я по приезду продал обратно и купил часы со стрелочкой.

Эльзас

На следующее Рождество круг замкнулся во Франции же. Германия сразу за рекой, следы многовекового перетягивания каната можно наблюдать (и пробовать) в Эльзасе на разных уровнях. Немцы отстроили Кёнигсбург — французы теперь продают туда билеты :)

Было что-то мистическое в посещении городка Селеста, где современное Рождество и придумали — пусто, тихо, и только в храмах, покачиваясь, висели новогодние ели.

В Страсбурге одновременно и уютно, и ощущается большой город, и очень красивая подсветка (как везде во Франции).

В общем, по итогам года потянуло к прекрасному и к французскому языку :)

Реально весь процесс не был особенно стрессовым. Лондон — космополитичная вечносовременная столица, работа технаря везде одинаковая (как и отношение уровня даже среднего дохода технаря к общей медиане), багажа у меня было немного (по сути я только в UK стал хоть как-то привыкать к вещам вообще). На остров я приехал «с маленьким рюкзачком» и почти без денег (помимо рюкзачка ещё был немаленький чемоданчик, но со временем я эту деталь начну опускать).

Приехал я в четверг, на работу надо было выходить в понедельник — в первые дни я планировал оглядеться, поискать более-менее постоянное жильё и сделать счёт в местном банке.

Циклические зависимости

Родной «штампик о регистрации» никуда не девается - граждане определённых стран должны отчитываться о смене места жительства в полицию, только вместо страницы паспорта используется целая отдельная бумага с единорогами и коронами. Её я получил на следующий день после приезда. Спросил полицейского клерка:

— А в банке эту бумагу примут к рассмотрению?
— Может и примут, но мы им не указ.

В полиции ещё дают памятку о том, что в UK запрещено носить с собой марихуану и ножи, а женское обрезание незаконно :)

Через трудности с открытием счёта в UK проходят все новоприбывшие: чтобы сделали счёт, нужно подтвердить банку свой адрес места жительства с помощью полученной на него письменной корреспонденции, причём такой, которая уже предполагает наличие банковского счёта. Такой вот квест. Государство в этом процессе установления доверия не участвует, от чего поначалу немного опешиваешь (но со временем понимание системы вырастает до «здравого смысла»). Для открытия счёта в частной коммерческой организации нужны бумажки об отношениях с другой частной коммерческой организацией :)

Я в первые пару дней с наскока зашёл в пару отделений, ничего не вышло. «Назначьте приём через сайт». А сайт отфильтровывает всех неместных. Я даже начал психовать, был наверное первый стресс в жизни с момента моего «поступления» в Бауманку. В итоге через неделю в отделении «Гонконгско-Шанхайской Банковской Корпорации» (HSBC) впечатлились сделанной по моей просьбе бумагой с работы на фирменном бланке, где был указан мой текущий временный адрес. Темнокожий клерк, когда услышал про Daily Mail, сразу впечатлился, признался в том, что сам читает, пожал руку, пригласил к столу. Меня сразу отпустило, счёт открыли, а ещё через несколько дней на временный адрес прислали первые бумажки из банка, которые я смог использовать и в других банках.

Банковские сайты и приложения в UK выглядят немного архаичными по сравнению с тем, что делают в РФ (наверное, компенсируется толковой почтой и общей финансовой стабильностью). Например, я не знаю ни одного банка, у которого приложение делает разбивку автоматическую расходов по категориям, хотя в РФ это делают лет пять как.

Поиск жилья

Зона высадки

При отсутствии поддержки на месте выбор новоприбывшего ограничен туристическими вариантами, так что я на первые две недели просто нашёл дешёвую комнату на Airbnb в Уимблдоне (на работу ездить удобно, да и на юго-западе вообще хорошо). Паренёк-азиат, сдававший комнату, меня даже встретил на станции.

В первый вечер я дошёл до супермаркета за едой и купил симку на первое время (потом сменил на безлимитный тариф у другого оператора). Меня очень впечатлили машинки самообслуживания в супермаркетах, можно пропикивать всё самому, никакого общения с живыми людьми (будущее!), только экзистенциальные вопросы от автомата («Do you wish to continue?»). Рассказывал потом друзьям, на меня смотрели как на идиота: «Дима, да у нас в Астрахани в “Магните” такие».

Конечно, комната оказалась тесная. Первая мысль — «каморка папы Карло». Окно с «инеем», в которое не было видно неба (не чувствуется время суток), лампочки слишком белые. Батискафчик. Мутные фото никогда ничего хорошего не говорят. Как база на первые дни с ванной и интернетом было неплохо, да и недорого (хотя раза в полтора дороже, чем хорошая комната для нетуриста), от метро близко.

В квартире жили какие-то молокососы: норвежец, датчанин Николай и один местный. Мусорили много. На следующее утро в доме ещё и кто-то начал противно сверлить, с банками были проблемы, дождливо — в общем, впечатление от всего было давящее.

Рекогносцировка

Попробовал проехаться до работы (полчаса) и начал активно искать, где жить дальше. Гораздо проще и быстрее найти комнату в квартире с сожителями, чем снимать квартиру (бумажек меньше и условия гибче).

Посмотрел несколько в разных районах недалеко от работы — очень понравилась комната в районе Putney на тихой улочке с уютными домиками. Пока ждал там встречи, разведал парк неподалёку прямо на берегу Темзы. Райончик сразу приглянулся, плюс он ещё ближе к работе, сразу через реку. В квартире было чисто, светло, просторно, в комнате высокие потолки и всё, что мне тогда было нужно — в общем, полная противоположность первой комнаты.

Счёта в банке тогда ещё не было, но хозяйка согласилась плату за первый месяц взять просто наличкой (которую я потихоньку начал снимать в банкомате со своей российской карточки). В первые выходные погулял на солнышке по Гайд-парку, он прямо у работы, как-то успокоился.

Kak obitchno

На первой неделе съездил напоследок посмотреть ещё одну комнату совсем недалеко от работы. Прихожу, вроде рядом район богатый (Notting Hill), но конкретно этот дом был прямо напротив шумной магистрали, у дома мусор — чмошновато. Женщина за 30 открывает дверь:

— Hello, are you from Russia?
— Yes
— Можно по-русски.

В общем, «мадам предлагала сожительство». Пикантной особенностью являлось то, что спальня в квартире была всего одна, а хозяйка собиралась спать прямо на диванчике на кухне. «Что я вам, помешаю что ли». На кухне же располагался и её «домашний офис», женщина со дня на день ожидала успеха какого-то своего многообещающего предприятия. Напрашивалась мысль «только вот стартовый капитал нужен на первое время». Я сказал, что подумаю, а на следующий день написал, что не буду у неё снимать. А она ответила «Nu kak obitchno».

Базовый лагерь

Через две недели я перетащил скромные пожитки из уимблдонской каморки в новую комнату в Патни. Был так рад перехать в помещение с окном, что второпях забыл под подушкой спальные штаны (получился подарочек азиату). Были праздничные выходные (три дня подряд), изучил район, всё нравилось. И при смене адреса подтверждение в банках нового уже не требовалось.

Хозяйка-полячка при въезде очень трогательно давала советы о безопасной жизни в Лондоне: видишь незнакомых людей на улице ночью, перейди на другую сторону. Я ей даже оставил телефон родителей на всякий случай. Спрашивала меня ещё:

— Как там Москва?
— Да народу много.
— И ты сюда приехал? :)

Квартиру я делил с ещё двумя пацанами примерно моего возраста. Один на PhD приехал из Испании (вечно жарил рыбу по вечерам), потом вместо него въехал какой-то местный немолодой веган Майк. Второй (с которым у нас была одна на двоих ванная) был местный iOS-разработчик, которого я за 10 месяцев почти не видел (в общем холодильнике он хранил только хумус и фанту).

В доме и на улице было очень тихо, приятно. Это конечно не 6 полос на Бабушкинской слушать. Да и климат в Лондоне в общем-то гораздо приятнее, чем в Москве. Вообще, к хорошему быстро привыкаешь.

Укрепление позиции

Приехал я в августе, через две недели переехал в комнату поприличнее, а вот искать полноценную отдельную квартиру начал где-то в марте-апреле. В итоге посмотрел порядка дюжины вариантов на юго-западе, в основном в Патни же. Всё хорошее, чтобы близко к транспорту, на хорошей улице, не в подвале, тепло, с газом, с хорошей планировкой и не убитое в хлам, очень быстро разбирают, и мне ничего не нравилось. Квартиры в нашинкованых под сдачу красивых домиках обычно внутри выглядят гораздо хуже, чем домик выглядит снаружи. В относительно современных многоквартирных домах, конечно, обычно чуть лучше по цене-качеству.

Большинство «агентов по недвижимости», которых я встречал, довольно бестолковые и необязательные люди.

После очередных неудачных смотрин я сказал очередному агенту, чего хочу — студию в том же районе с отдельной кухней. Он мне тут же и показал студию с маленькой отдельной кухней на первом-втором этаже, которую даже разрекламировать ещё не успели. Для меня был идеальный вариант (ещё и дешевле всего, что я видел на тот момент). Окна по колено, планировка хозяйственная, вид на зелень, немного напоминающий подмосковные санатории. Эта квартира и стала моим первым отдельным жильём.

До въезда ждал больше месяца, меняли сантехнику и окна. Хозяйка оказалась очень приятной англичанкой, чем-то немного похожей на жену-любовницу принца Чарльза. Купила мне всякого нового барахла на кухню и в комнату. В первый день на полном серьёзе привела с собой «уборщицу» ещё раза в два старше себя, та не могла даже краны открыть. В итоге со сливом на кухне после ремонта в первые дни после въезда всё равно были проблемы, которые бравые местные сантехники не могли решить (мужик реально не умел пользоваться вантузом), я поначалу расстроился, но быстро привёл квартиру в порядок. По осени ещё бойлер поставили новый (отопление и горячая вода от него). Из минусов разве то, что в целом пошумнее, чем на предыдущем месте.

В UK очень легко переключить газ/электричество на дешёвого поставщика. Никаких физических действий не происходит, только покликать в интернете, поставщиков десятки. Я сразу накликал себе провайдера с почти родным названием «ГБ Энерджи», который всего через несколько месяцев стал первым за долгие годы разорившимся газовым провайдером в UK (на потребителе это никак не сказывается, я просто переключился на другого). Муниципальный налог в округе Wandsworth самый низкий в стране. В целом налоги и коммунальные платежи составляют меньше 10% собственно платы за аренду. Всякие мелкие работы по дому (повесить крючки, заменить выключатель) делает знакомый мастеровой хозяйки.

Хочется садик :) (а в идеале — вообще шумо-санитарную зону шириной полкилометра вокруг дома)

Транспорт

С месторасположением работы повезло — не приходится ездить в центр. Пару раз выезжал туда утром (на конференции), увидел на крупных пересадочных узлах очереди в вагон, стал ценить, что езжу в Кенсингтон, а не в Сити. Ещё в центре турникеты иногда просто отключают на время, чтобы предотвратить толкотню на платформах.

Кусочек метро от East Putney до High Street Kensington почти весь надземный, порой выше крыш аккуратных домиков. Каждый раз пересекаешь реку по мосту, и как-то приятно «оставлять дела за рекой» по дороге домой. Вечером на станции вообще пахнет, будто на загородной станции электричек где-нибудь в Подмосковье. Лисички-белочки по улицам бегают.

В Лондоне на многих линиях узкие тоннели и крошечные вагоны, где в полный рост можно встать только в самом центре салона. Мне повезло, что я хотя бы не пригибаюсь по дороге на работу :) Уступать места «просто женщинам» не принято, но свободное место в набитом вагоне это почти как «неограниченный отпуск» — вроде садись, не хочу, но все стесняются его занять, чтобы не показаться неосмотрительными. Почти никто не толкается, что на деле приводит к неравномерной набивке вагонов.

Вместе с годовым проездным на метро можно сколько угодно кататься на автобусах по оплаченным зонам. Первое место на втором этаже автобуса я до сих пор воспринимаю как почти бесплатный аттракцион.

От нечего делать где-то в 2013 купил себе фотоаппарат поудобнее (Lumix G5), чтобы был повод чаще наблюдать за миром на улице. Конечно, смотреть стыдно на старые снимки, но как в любом деле нужно просто много практиковаться и осмысливать опыт.

Поначалу ещё изгалялся со всякими старыми объективами, которые на Micro 4/3 встают без проблем. Почти все быстро продал, поскольку это баловство и не то, с чего нужно начинать. Да и старая дешёвая оптика тупо ниже качеством.

Один объектив отправил аж в США, судя по емейлу и адресу получатель был натуральным голливудским оператором (нашёл его в IMDb).

Как стал вообще путешествовать и много фотографировать, опыта сразу стало больше, фото даже иногда хвалят незнакомцы. Ну и съёмка красивых мест с хорошим естественным освещением дело нехитрое (но всё же лучше, чем щёлкать голубей в спальном районе на средний формат, как некоторые).

Тот фотик быстро продал и заменил на OM-D E-M10, которым до сих пор очень доволен.

Иногда думаю, а что если бы я был просто фотографом. Но при обдумывании модели заработка я быстро прогоняю эти мысли, вспоминая о своём рыночно выгодном положении.

А написать есть о чём. Закончил Бауманку, нашёл первую работу, умудрился переехать в Лондон. Стал выпивать, писать на Haskell, путешествовать, подмечать забавное в незнакомцах, снимать квартиру, думать о том, что говорю и пишу, почитывать Дмитрия Евгеньевича. Чувствую некоторую усталость от технологий и многолетней оптимизации как мне казалось диапазона навыков. Какие в жизни радости? Лёгкий гедонизм (это я так называю свою инфантильность и почти полное отстутствие какой-либо ответственности) и саморефлексия.

Кое-как восстановил некоторые прошлые записи (где-то треть всего, что было) — часть нашлась в интернет-архивах старого сайта, ещё несколько технических заметок выковырял из архивов же RuNIX (который за это время тоже умер — продолжаем решать задачу сохранности информации!). Хорошо, что угорал по семантической вёрстке — парсилку написать было несложно, из обрывков старого HTML она всё перевела мне обратно в Markdown. Некоторые записи удалил как совсем мусорные (к счастью, стиль в целом почти не вызывает стыда).

Полистал старое, первая мысль — у ребёнка было много свободного времени и возможность тратить его «за компьютером». Сейчас я стараюсь быть ленивым уже не только в работе, но и в том, что изучаю. За рост уровня потребления и относительную финансовую независимость простой человек платит жизненным временем. Да и голова не резиновая.

Новые технологии

Движки дело пыльное, а вот публиковать текст в интернете задача несложная. Теперь я использую Hakyll, раздаётся всё из S3 за Cloudflare. Код и записи разместил в одном репозитарии, Travis просто пересобирает и публикует всё что есть на каждое изменение. В общем, склеил сервисы. Hakyll просто потому что что-то подкручивать в логике приятнее на знакомом языке. Думал, может всё выложить на GitHub Pages, но не захотелось в одну корзину всё класть, да и поддерживать что-то в AWS и Cloudflare актуальнее с точки зрения рыночных навыков.

Неизменен только мой GNU Emacs. За годы я лишь избавился от личной темы, перейдя на светлую Solarized (она теплее). А записи я по-прежнему пишу в markdown-mode (к которому по прошествии 10 лет с прошлого раза я недавно написал очередную полезняшку, чтобы проверять неиспользуемые ссылки).

Планы

Постараюсь скоро сделать какие-то ретроспективные записи. Некоторые заметки за прошедшее время просто писал в стол, возможно, что-то и опубликую задним числом.

Надеюсь, теперь уж точно ничего не потеряется. Хотя SaaS оно такое, сегодня есть, а завтра его нет, но я хотя бы всё так же контролирую контент, да и отсутствие приватных записей упрощает резервирование. Всё стало дешевле и быстрее, на крайний случай даже сам GitHub может отобразить Markdown.

Жизнь — невыпуклая оптимизация, и приятно иногда отследить свою траекторию.

Когда в окружающих образах так вот мерещится что-то неуловимо знакомое, чувствуешь себя будто в компьютерной игре. Сильная и долгосрочная смена декораций заставляет сомневаться и в собственной памяти, и в реальности («а был ли прошлый уровень?»).

Any USB-UART bridge like CP2102 can be used to connect ESP-01 to a computer USB port for programming. On macOS extra drivers from Silicon Labs will be needed.

UART breakout boards for ESP-01 are very handy when attaching the board to the UART bridge header via a 4-pin cable. As usual, TX pin on the bridge should connect to RX pin on the board, and vice versa.

AT commands test

AT commands may be used out of the box with a newly bought ESP-01 module. If using minicom serial terminal, one should «send» commands to the module with C-j (a simple Enter key won’t work).

Flash NodeMCU

To build NodeMCU firmware, I used marcelstoer/nodemcu-build Docker image that contains the toolchain:

git clone https://github.com/nodemcu/nodemcu-firmware.git
cd nodemcu-firmware
docker run --rm -ti -v `pwd`:/opt/nodemcu-firmware marcelstoer/nodemcu-build build

This left me with a nodemcu_float_master_*.bin file that needs to get onto the board. Time to flash NodeMCU and get hacking! I used esptool and nodemcu-uploader:

pip install esptool nodemcu-uploader

GPIO0 pin must be pulled down prior to powering the board to enter the flashing mode (I used a pin to short GND and GPIO0). Now the command to run is:

esptool.py --port /dev/tty.SLAB_USBtoUART write_flash -fm qio 0x00000 bin/nodemcu_float_master_20180210-1805.bin

This has to be done only once (unless you change the firmware and/or its config).

Use Lua to program ESP-01

Now *.lua files for your project using NodeMCU can be uploaded to the board via

nodemcu-uploader --port /dev/tty.SLAB_USBtoUART upload *.lua

Some points to remember:

• Keep a good posture (imagine a line between your head and the ceiling), breathe to keep a good pace.

• More empathy! Use simple examples or shared experience to resonate with the audience.

• Building up tension makes your speech more involving.

• Asking a question helps tailor the message to the audience.

• Finish the talk with a call to action.

The same works for software development (and perhaps everything else): successful companies build their business around providing a platform, not a specific product. Making everything a platform encourages good design and a lot of good practises. Becoming a platform also helps you offset potential risks associated with building products by letting others take those risks. This is similar to how living off agent fees and market friction looks more attractive than having to risk making a wrong market decision. It’s a little uncool, but safer.

I downloaded an Armbian image and burned it to my SD card:

pv Armbian_5.30_Orangepizero_Ubuntu_xenial_default_3.4.113.img | dd of=/dev/disk2 bs=64m

The card then goes into the card slot on the board.

To connect to the board through serial interface I used my CP2102-based USB-UART bridge. On macOS extra drivers from Silicon Labs are needed, while Linux already includes cp2102 module. I guess any other USB-UART bridge will work equally well (PL2302, FT232).

Note that the pin marked TX on the board must be connected to RX pin on the bridge, and vice versa. The board must be powered before use (there’re a lot of warnings on Armbian website about the importance of a proper power supply, although I got basic stuff working only using my laptop USB port as a power source for the board).

I used minicom as a terminal with the following settings (minirc.dfl): hardware flow control is switched off and port is set according to the device created by my CP2102:

# Machine-generated file - use "minicom -s" to change parameters.
pu port             /dev/tty.SLAB_USBtoUART
pu lock             /usr/local/Cellar/minicom/2.7/var
pu escape-key       Escape (Meta)
pu rtscts           No

Start minicom, plug the serial interface and a standard Linux login prompt will be seen in the terminal.

The default root password is 1234 which will need to be changed on the first login.

To connect to a wireless network:

nmcli dev wifi connect <NAME> password <PASSWORD>

It appears that after being configured once, the connection will be established automatically by default.

With the node online I could just SSH in and start doing my serious Orange Pi business.